ДРАМАТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ КИРИЛЛИЦЫ.

ВЕЛИКИЙ ПЕТРОВСКИЙ ПЕРЕЛОМ

Владимир Ефимов

(Исправленный и дополненный вариант. В первоначальном виде опубликовано в журнале «Да!», №0, М., 1994).

Содержание:
1. Пролог. А надо ли было.
2. Графические особенности гражданского шрифта.
3. Подготовка шрифтовой реформы.
4. Кто же он.
5. Первый вариант.
6. Корректировка: исправления и дополнения.
7. Эпилог. Что же вышло.
8. Литература.

Илл. 5. Литеры гражданского шрифта крупного кегля, отличающиеся от латинских.



Илл. 6. Литеры гражданского шрифта среднего кегля.



Илл. 7. Гражданское письмо. 1703.



Илл. 8. Гражданский шрифт крупного кегля. 1707.



Илл. 9. Гражданский шрифт среднего и мелкого кеглей. 1707.



Илл. 10. Образец строчных литер амстердамской работы в трех кеглях. 1707.



Илл. 11. Шрифт работы Василия Ефремова. М., 1707—1708.



Илл. 12. Титульный лист из «Геометрии». М., 1708.



3. Подготовка шрифтовой реформы.

Попробуем более подробно рассмотреть ситуацию и хронологическую последовательность событий. В 1689 году семнадцатилетний Петр I провозглашен единоличным царем и правителем России. Единственный вид кириллического наборного шрифта в это время—печатный полуустав, по форме мало изменившийся со времен Ивана Федорова. Этим шрифтом печатали и церковную, и светскую литературу, в том числе буквари и учебники. В полууставе применялось множество надстрочных знаков, что сильно усложняло работу наборщика по сравнению с набором латиницы (илл. 11). Рукописных почерков в это время было несколько: традиционная скоропись с росчерками, более медленное письмо, которым писались официальные документы (Шицгал называет его гражданское письмо), и многочисленные переходные формы. Скорописные почерки развились во взаимодействии и под влиянием киевской и западнорусской скорописи, а также под влиянием латинских рукописных почерков, но единого общепринятого письма еще не сложилось (илл. 7).
В ходе Великого посольства (1697—1698 годы) в Голландии Петр не только учился искусству строить корабли, делать офорты и рвать зубы. Осознавая необходимость просвещения для России, он заключил договор с голландскими типографами, чтобы печатать в Голландии кириллические книги. Купцу Яну Тессингу в 1700 году была дана грамота, по которой он получил монополию на ввоз в Россию книг и карт. Тессинг открыл в Амстердаме типографию и вместе с другими голландскими типографами с 1699 по1705 годы напечатал 15 книг кириллицей, для чего пришлось специально изготавливать шрифты и искать редакторов, знакомых с русским языком. Но надо было наладить издание новых книг и в России. После нескольких опытов издания книг традиционным полууставом и сравнения их с «иноземными книгами» у Петра, надо полагать, родилась идея о реформе кириллицы, об отказе от полуустава и создании более «чистого», то есть более светлого шрифта. Самодержец, любивший все делать сам, решил вплотную заняться реформированием кириллицы, видимо, не доверяя способностям своих специалистов.
В июле 1706 года Петр пишет письмо одному из своих голландских агентов Ивану Любсу, где среди прочего поручает ему в Амстердаме «...проведать в какову цену станут кумпания друкарей книжных, когда их нанять на 2 года». Имелось в виду пригласить голландских типографов, чтобы они сделали в Москве новый шрифт и наладили книгопечатание по европейскому образцу, выучив русских мастеров. Однако это оказалось слишком дорого, к тому же, как писал Петру из Амстердама в мае 1707 года другой агент, Христофор Брант, в это время там работали только два резчика-пуансониста, которые «столко денег наживают, что оные не мыслят отсюды ехать, и сверх того они многими людми и делами обязаны и на иные случаи и думать не хотят».

К моменту получения этого письма работа по проектированию нового российского шрифта уже шла полным ходом, несмотря на войну со шведами. В конце декабря 1706 года Петр прибыл в армию, в местечко Жолкву около Львова, где находился штаб Меншикова. В штабе работал «чертежник и рисовальщик» Куленбах, которому Петр поручил сделать рисунки нового шрифта. Они были готовы в январе 1707 года и затем отосланы в Амстердам для изготовления литер, как написано в письме Петра из Жолквы Христофору Бранту от 27 января: «...я ныне посылаю к вам азбуку Рускую новую, чтоб по той зделать несколько слов... И как сию азбуку получишь и слова будут готовы, чтоб всех трех рук напечатать Отче наш или иное что краткое и прислать по почте, и чтоб те литеры были лутчево мастерства» (термин «слово» в петровское время употреблялся, кроме его нынешнего значения, еще в значении «буква»).
Потом Петр решил передать с той же целью копию рисунков нового шрифта в трех кеглях («трех рук») в Москву на Печатный Двор, чтобы работа велась параллельно, а также для сравнения качества. Словолитцы Печатного Двора получили этот заказ 18 мая 1707 года, в чем каждый расписался.



4. Кто же он.

Задание Куленбаху вместе с эскизами дал царь лично, как следует из письма Петра Меншикову от 27 мая 1708 года. Следует ли из этого, что эскизы букв делал сам Петр? По крайней мере, такое предположение объяснило бы корявый вид многих литер: самодержцу, конечно, было некогда вникать в тонкости построения антиквы, его голова была занята войной со шведами, европейской политикой и тысячью других государственных дел. Возможно, он изобразил на ходу грубые эскизы, графическую идею, недаром же его учили рисованию и черчению. Но Петр мог подрядить на этот подвиг и какого-то неизвестного нам героя. Однако автором рисунков не мог быть никто из известных нам современных Петру художников-граверов, хотя некоторые буквы гражданского шрифта напоминают аналогичные на гравюрах Адриана Схонебека, Питера Пикарта и Алексея Зубова. Ведь они-то знали, как нужно строить букву А, потому что их этому учили. Так же, как учили и Куленбаха, который был чертежником и инженером. Похоже, что автором эскизов шрифта был местный гений-самородок (возможно, сам Петр?), который пользовался в работе разными источниками, но не имел опыта и образования. А Куленбах должен был довести идею до оригинала. Но кто же возьмется исправлять творчество монарха? Куленбах, как было приказано, честно, «слово в слово» воспроизвел и отсутствие серифов в А и Х, и нелепую левую верхнюю часть в n, p и m, и странную форму а и у... И то, что в более мелких кеглях эти литеры принимают более привычную форму, вполне объяснимо: меньше возможности обнаружить различия в рисунке (илл. 5, 6, 8, 9).

На какой основе художник проектировал свои эскизы? Шицгал довольно убедительно доказал, что, помимо латинской антиквы, графическими источниками гражданского шрифта были парадное (гражданское) письмо и частично печатный полуустав. Автор эскизов проявил незаурядное творческое начало и изобретательность, конструируя строчные б, д, ж, к, л, у, ф, ц, щ, ъ, ы, ь, э, я, фиту, ижицу, прописную Д и, несмотря на разные источники, добился известного графического единства. По эскизам были сделаны оригиналы 32 строчных букв и 4 прописных (А, Д, Е, Т). Петр писал Бранту 29 января 1707 года: «...понеже всех слоф в два манира (как етех четырех) привесть не могли, для того протчие слова (кроме сих четырех) таким же маниром, как и в строках в начале употреблять, а величеством против сих четырех, что на верху стоят». То есть все остальные прописные буквы надо было делать по рисункам строчных, а по размеру такие, как изображенные А, Д, Е, Т. Остается предположить, что оригиналы остальных прописных литер не были выполнены из-за недостатка времени (илл. 8, 9).



5. Первый вариант.

В мае 1707 года в Амстердаме под присмотром Христофора Бранта часть заказанных литер (среднего кегля) уже изготовлена и их оттиски отправлены в Москву. 16 августа посланы и все остальные материалы: «...стемпелы менщих трех рук слов и сверх того такое ж число всякой руки болших слов со их матрицесами и с принадлежании...» (из письма Бранта Петру от 16 августа из Амстердама). Кроме того, отправлено 144 фунта отлитого шрифта крупного кегля, 214 фунтов среднего, 233 фунта мелкого, 2 печатных станка с принадлежностями и с ними три голландских мастера (словолитец, наборщик и печатник), завербованных на 3 года. В июне 1707 года, как явствует из писем Петра, им получены оттиски шрифта среднего кегля, а в сентябре оттиски набора крупного и мелкого кеглей (илл. 10).
Быстрота изготовления пуансонов, матриц и литер гражданского шрифта говорит о профессиональной квалификации амстердамских граверов-пуансонистов. Но «самый лутчий мастер», выполнявший заказ, даже не задумался о форме букв, которые он вырезал, повторив за Куленбахом строго по оригиналам все нелепости: и частичное отсутствие серифов у половины знаков, и странную форму а, у, р, n и m. А может быть, этим диким московитам так и нужно, и в этом особенности их непонятного шрифта?

На московском Печатном Дворе в это время «с превеликим поспешанием и тщанием» словолитцы Михаил Ефремов, Григорий Александров и Василий Петров по присланным рисункам делали «пунсоны и материцы» своего варианта нового шрифта. Однако сравнение с присланными из Амстердама оттисками показало, как пишет Ефремов в челобитной в январе 1708 года, что «тот образец, с первым письменным и с нашим новосостроенными образцами явился несходен». Сказалась, видимо, разница в квалификации московских и амстердамских мастеров. Ефремову пришлось неоднократно переделывать всю работу, и все равно его буквы заметно хуже выполнены технически: штрихи разные по толщине, знаки не держат линию (то есть колеблются по вертикали относительно строки), форма многих букв (а, д, е, ж, s, к, л, м, у, Е) выглядит беспомощной (илл. 11). Интересно, что свисающий элемент у ц Ефремова в виде росчерка похож на аналогичный знак, который был заказан в Амстердаме после корректуры в 1708 году. Может быть, голландцы не поняли оригинала, а может, Куленбах сделал 2 варианта буквы ц. Так или иначе, сравнение было не в пользу московских словолитцев, и их работа была остановлена до прибытия на Печатный Двор голландского шрифта.
«Друкари и к друкованию принадлежащие вещи...» и вместе с ними «новоизобретенных Руских литер три азбуки» в августе 1707 года отправились из Голландии в Архангельск и концу года, очевидно, уже достигли Москвы. 1 января 1708 года датирован указ Петра «...присланным Галанския земли, города Амстердама, книжного печатного дела мастеровым людем ... теми азбуками напечатать книгу Геометрию на руском языке, ... и иныя гражданския книги печатать темиж новыми азбуками...». Первая книга, набранная новым гражданским шрифтом, «Геометриа славенски землемерие» (илл. 12), была напечатана в марте 1708 года, за ней последовали несколько других.

Продолжение